Мы едем в Россию. Главы из романа.

Дорогие читатели, любители фантастики, начинаю публиковать главы моего романа « Мы едем в Россию».

ГЛАВА 1.

– Ленин,- коротко представился мне маленький человек в нелепой кепке на могучем лысоватом черепе.
– Тот самый? – спросил я, неловко освобождая крепко сжатую ладонь из его влажной руки.
– Всеобщая вера в революцию есть уже начало революции,- картавя, сказал он.
– Позвольте,- возразил я,- какая революция? На дворе 2010 год.
– Вы, батенька, фантазер,- заразительно рассмеялся он,- впрочем, будущее –  весьма интересная тема. Как ваше имя? Я, простите, не расслышал…
Мы заказали пиво. Ильич снял кепку и засунул ее в карман дорогого французского пальто.
– Скверное пиво,- поморщившись произнес он,-горчит, как идеи меньшевика Мартова.
Так что вы сказали про 2010 год?

– Фантазия есть качество величайшей ценности,- продолжал Ленин,- но вы утверждаете, что в 21 веке буржуазия одержит окончательную победу над пролетариатом? Чушь. Богатые и жулики,- это две стороны одной медали… Свобода? Пока есть государство, нет свободы. Когда будет свобода, не будет государства… Кто мозг этого общества? Интеллигенция? Интеллигенция не мозг нации, а говно.

Мы выпили еще… От ресторана Eintrahct до квартиры Ленина на Spigelgasse , было всего 100 метров. Надежда Константиновна напоила нас хорошим швейцарским чаем. Ильич читал свежую почту из России, а я тихо дремал в плетеном кресле у камина.

Проснулся я также неожиданно, как и уснул.
– Сколько я спал? – спросил я у Ленина, бодро вышагивающего по комнате и насвистывающего мелодию “Интернационала”.

– Вы проспали революцию, батенька,- хитро отвечал он,-  Потрудитесь одеться потеплее, мы едем в Россию.

По дороге из Цюриха до станции Готтмадингер в Германии Ильич лично выследил и выкинул из поезда двух агентов царской охранки. Энергично потирая руки, он вошел в наше купе.

– Умен не тот, кто не делает ошибок. Умен тот, кто умеет легко и быстро исправлять их.

– Владимир Ильич,- сказал я,- Россия не та уже, какой вы ее представляете. Еще не поздно отказаться от поездки.

– Слова обязывают к делам, батенька. А вам непременно нужно поменять по приезду в Питер партийную кличку. Ангел, милейший, не лучший псевдоним.
В дверь купе негромко постучали.
– Наденька, мы как раз обсуждали с молодым человеком его новую партийную кличку. Ты не находишь, что Иван Ангел не совсем уместно для большевика? Поповщина, да-да-с, поповщина…
– Володя, тебе нужно отдохнуть. Инесса Федоровна знает хорошего врача в Германии, мы могли бы…
– После, после,- нахмурился Ильич, выталкивая супругу в коридор. – Поразительные вещи происходят с моими товарищами,-говорил он, возвращаясь на место,-они утверждают, ха-ха-ха, что вы, батенька,- немецкий шпион. Как вам это? Архи замечательно,-  немецкий шпион!!

***

На подмосковном шоссе в 20 километрах от Подольска скорлупа моего текущего времени лопнула под перекрестным огнем двух автоматов «Калашникова».  В изуродованном салоне черной «Волги» моего друга и партнера по бизнесу Пашки Бондарева время РАСКОЛОЛОСЬ

надвое: одна часть меня парила во влажном густом утреннем тумане над серой лентой скользкой дороги,  а вторая, зажатая искореженным металлом перевернутой вверх колесами машины, стонала и сходила с ума от нечеловеческой боли.

В 92-ом ельцинская Россия представляла из себя гигантскую зону неконтролируемой «свободы»,

свободы от закона, свободы-вседозволенности, поделенной между откровенными бандитами, ворами и государственными изменниками. Конченный алкоголик раздавал суверенитеты направо и налево, назначал олигархов, давился собственной властью, уничтожал остатки экономики бывшей державы. Слова «беспредел», «разборки», «крыши», «стрелки» и прочие атрибуты уголовной жизни вошли в повседневность общества.

Генка Ершов, по кличке Ерш , гнусный выкидыш  ельцинских «реформ», наклонился и брезгливо скривив толстые губы, промямлил: «Лучше бы ты, Ангел, заплатил…». Черный ствол «Макарова» в огромной руке бандита казался игрушечным, он плюнул коротким пламенем и мою голову пронзили тысячи раскаленных иголок, мир потемнел и боль прошла….

Восемь операций в клинике ………. Лондона, две из них на головном мозге, два месяца искусственной комы, два года реабилитации в США и Европе. Пашке операции не понадобились, он умер не приходя в сознание в карете скорой помощи.

 

Я иммигрировал в США, потом скитался по Европе: работал в Англии, Швейцарии в Цюрихе.

Здесь я и встретил Ленина. Мы подружились. Шел 1917 год. Здесь. В этом мире.

Впервые провал во времени случился 12 мая 1998 года в Англии. По делам лондонской рекламной фирмы, в которой я тогда работал, мне нужно было отправиться в Ливерпуль. С вокзала Euston поездом в 7.30 я благополучно отбыл в обычную деловую поездку, которая не предвещала особых хлопот. По расписанию состав должен был прибыть на вокзал Lime Street  в центре Ливерпуля в  10.15.

Поезда компании Virgin Trains, которая обслуживает эту линию, комфортабельные и скоростные, при этом поезд идет практически бесшумно. Это вам не электрички российских железных дорог с бардаком, гармошками и пьяным пением дурно пахнущих попрошаек.

В пути можно спокойно вздремнуть, чем я с удовольствием и воспользовался, как только состав тронулся.

Меня разбудил неприятный скрипучий голос.

– Ливерпуль, дамы и господа! Прибываем, – сутулый человек в старинном железнодорожном сюртуке и форменной фуражке на голове неспешно шел по проходу вагона. Я взглянул на информационное табло и оторопел, оно отсутствовало! Над дверью вагона   коричневой краской было небрежно выведено: «Не курить», вагон № 3.

Не помня себя, я вышел на перрон.  Пройдя через здание вокзала, вышел на площадь с которой открывался вид на Сент-Джорж-Холл, интересное монументальное старинное здание с колоннами в стиле неоклассицистической архитектуры. У автобусной остановки была огромная толпа людей, одетых в старинную одежду, рядом прохаживались двое полицейских в черной форме и черных своеобразных шляпах. Громко сигналя, в сторону доков промчался красный автомобиль пожарной службы. У здания вокзала стояли припаркованные автомобили, напоминавшие экспонаты музея автотранспорта середины 20 века.

Снимают кино,- подумал я, ущипнув себя за щеку. Мальчик, в зеленых гетрах и шортах на лямках поверх черной гимнастерки с большой пачкой газет в самодельной коляске, пронзительно кричал: «В России ракетой сбит американский самолет.», «Нацистский преступник Адольф Эйхман задержан израильскими спецслужбами»

Я в панике оперся на бетонный барьер, отделяющий тротуар от проезжей части дороги.

– С вами все в порядке? –  симпатичный юноша с полными щеками участливо тронул меня за локоть.

– Все хорошо, спасибо.

– Вы уверены, что вам не нужна помощь?

– Да… Впрочем, какое сегодня число?

– 12 мая, четверг, –

– А какой нынче год?

– 1960, – удивился мой собеседник.

– Как вас зовут? – жадно хватая воздух, спросил я

-Пол.  Пол Маккартни, сэр.

– А где Джон Леннон? – мой голос напоминал шипение умирающей змеи.

– Вы знаете Джона? – все больше удивляясь, воскликнул Пол.

– И Джорджа, и Ринго…,- я в полном бессилии опустился на тротуар.

Пол помог мне доковылять до скамейки.

– Минутку, сэр. Я возьму такси. Вам нужно отдохнуть.

Чашка крепкого кофе привела меня в чувство. Мы сидели за маленьким столиком небольшого кафе «Джакаранда», окна которого выходили на Слейтер-Стрит, где находилась художественная школа.

В дверях кухни появился человек, одетый в пальто из верблюжьей шерсти, его лицо с восточными чертами выражало крайнее безразличие: «Привет, Пол…»

– Привет, Вилли

–  Новый барабанщик? Джон велел передать, чтобы начинали без него, он будет позже.

– О,кей, Вилли.

Я находился в настоящем шоке. Это был не сон. Непостижимым образом я очутился в Англии 60 года прошлого века, а напротив меня сидел легендарный битлз.

– Как ваше имя, сэр?

-Иван, – ответил я, делая ударение на первом слоге, -Иван Ангелов…

– Вы не англичанин?

– Нет, я – русский, но постоянно живу в Лондоне.

– Теперь с вами все в порядке?

-Да, Пол, большое спасибо

– Не хотите ли поесть, сэр? Здесь готовят отменные сэндвичи с ветчиной.

– Нет, я не голоден

– Раз вы знаете Джона, то вы – музыкант?

– Нет… Но я когда-то окончил музыкальную школу и …

– Вы не хотите подождать Джона, пока мы будем репетировать?

Мы спустились по узкой лестнице в подвал кафе. Подвал представлял из себя миниатюрный танц-зал, пол которого был вымощен грубо отесанным кирпичом. В углу находилась небольшая сцена, отделенная от танцплощадки скрученным в рулон старым ковром. У плохо выкрашенной в оранжевый цвет стены на высоком стуле, перебирая струны электрогитары, сидел длинноволосый юноша.

– Джордж,- представил его мой спутник, – а это Иван Ангелов, он из Лондона.

Джордж улыбнулся и приветливо кивнул.

– А это Стюарт Сатклиффом, – симпатичный парень с бас-гитарой Höfner President наперевес, пожал мне руку.

-Джонни Хатч, лучший ударник Ливерпуля  из «Голубого ангела», – Пол показал рукой на человека в розовой рубашке с накладным воротником и закатанными до локтей рукавами, возившегося с ударной установкой в глубине сцены. Хатч без удовольствия бросил на меня хмурый взгляд и пробурчал что-то неопределенное.

Пол указал мне на стул из огнеупорной пластмассы.

– Присядьте, здесь вам будет удобно.

Через минуту обо мне все забыли. Чувствовал я себя ужасно. В висках глухо стучало. Во рту пересохло. Неожиданно, застоявшийся подвальный воздух, вызвал у меня сильный приступ тошноты. Я быстро поднялся в кафе и громко хлопнув входной дверью, выскочил на улицу. Погода испортилась. Моросил мелкий холодный дождик. Брусчатая мостовая превратилась в мокрую серую ленту. У большого окна « Джакаранды» , укрывшись от ледяных брызг под небольшим фанерным навесом , оживленно беседовали двое: молодой  человек худощавого телосложения в светлом плаще, с тонкими чертами лица  и бородатый  шатен небольшого роста в элегантной «тройке».

В человеке в плаще, героически борясь с головокружением и тошнотой, я узнал Джона Леннона.

-Алан, – обращаясь к бородатому, Джон нервно поежился, – я ведь уже пообещал Брайану Келли выступить у него в субботу … Он выплатил аванс 8 фунтов.

–  Джон… Ты должен найти постоянного барабанщика. Немцы заплатят хорошо. У тебя будет 100 фунтов в неделю! Ваши имена будут на афишах.

– Томми решительно не собирается больше играть, после аварии в Шотландии он завязывает с музыкой. Правда, –  помолчав, сказал Леннон,- он оставляет нам свою ударную установку.

– А что же Хатч?

-Этот самовлюбленный дегенерат никогда не будет играть с такой группой как мы.

– Пусть Пол позвонит Питу Бесту. Его привлекут хорошие деньги и возможность участвовать в гастролях…

Входная дверь приоткрылась, симпатичная китаянка, едва бросив взгляд на мое бледное лицо, крикнула: «Алан, Алан тебя очень срочно к телефону!»

Алан и Джон , пригибая головы, устремились в кафе.

«Будь, будь моей…» – голос Пола Маккартни, вылетев из глубины заведения,

смешавшись с микроскопическими капельками ливерпульского дождя, застыл в холодном воздухе безлюдной Слейтер- Стрит…

Шатаясь, я шел по тратуару. Внезапно дождь прекратился. Туман, словно слабый дымок от тлеющего костра, стелился на уровне колен немногочисленных прохожих. Я остановился у газового фонаря, икота содрогала мое ослабленное тело.

Неожиданно раздался звонок. Ожил мобильный телефон во внутреннем кармане моего пальто.

Я судорожно пытался достать трубку. Звонил ливерпульский партнер: «Иван, где ты? Я битый час пытаюсь дозвониться …Что случилось, мы встречали тебя на вокзале…»

– Я на Слейтер- Стрит, что за углом от Болд – Стрит., – мой голос хрипел , как порванные меха старого баяна.

– Какого черта ты там делаешь? … Никуда не отлучайся, мы скоро будем, слышишь?

– О, кей, Боб

Бородатый байкер на «Хонде», в кожаной куртке-косухе, кожаных штанах и черной бандане, притормозив у рекламного щита, старательно раскуривал сигару. Пожилая пара, держась за руки, медленно перешла улицу… Стайка городских голубей, едва не сбив меня с ног, пронеслась мимо  и уселась на крыше магазина сантехники…

– Приятель, у тебя вид, как будто ты только что вернулся с того света,- в облаке сладко пахнущего дыма улыбающаяся физиономия бородатого мотоциклиста походила на джина из известной киносказки

– Жизнь налаживается,-  прошептал я , увидев остановившуюся на противоположной стороне улицы синюю «Bugatti» Боба Хоггарта.

Хоггарт отвез меня в отель Hope Street, находящийся недалеко от Ливерпульского университета, номер в котором он для меня забронировал. Видя мое состояние Боб не стал задавать лишних вопросов, проводил меня в двухместный номер , небрежно  бросив ключи на большую двуспальную кровать, застеленную белоснежным покрывалом он сказал: « Конференция завтра в 10 , я за тобой заеду».

Настенные часы показывали 12-30. Заказав по телефону обед в номер, я включил телевизор и отправился в душ. Поэкспериментировав со сменой горячей воды на холодную и наоборот, я почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы немного выпить и поесть.

По телевизору передавали новости дня. Ведущий Sky News Дермот Мёрнахан хорошо поставленным голосом освещал самые яркие события в мире.

– Индия на секретном полигоне Покхаран в штате Раджастан провела 3 ядерных взрыва….

– Президент России Борис Ельцин выступил в Интернете и ответил на вопросы, поступившие со всех концов мира…

–  14 апреля этого года экипаж норвежского рыболовного траулера «Medway» в Северной Атлантике в 340 милях юго-восточнее Исландии обнаружил и снял с айсберга Винни Каутс, числящуюся в списках пассажиров «Титаника», погибших 87 лет назад.

Стакан с виски, который я держал в руках, предательски дрогнул и упал на пол, залив ковер и обрызгав полы моего банного халата.

-…Винни Каутс  на вид около 30 лет,   одета по моде начала 20 века. Девушка утверждает, что чудом сумела спастись после крушения «Титаника». Рассказывая невероятные подробности аварии знаменитого лайнера, она страшно напугана. Сейчас с ней работают медики и специальные службы.

На экране появилась фотография блондинки с полуоткрытым маленьким ртом и сумасшедшими глазами .

– Переходим к новостям спорта. До начала чемпионата мира по футболу  во  Франции осталось 28 дней. Смотрите эксклюзивное интервью снятое нашими…

Я выключил телевизор и буквально рухнул на диван.

– Это происходит не только со мной. Нужно выяснить подробности… А еще лучше – встретиться и поговорить с этой Винни Каутс…, – я поднял стакан и дотянувшись до бутылки Chivas  Regal, щедро налил до краев. Выпив виски и хорошенько поразмыслив, я позвонил администратору отеля, попросил ноутбук, выяснив предварительно наличие бесплатного интернета для постояльцев, переоделся и вышел на балкон.

Сквозь низкие серые облака полуденное солнце смело бросало теплые майские лучи на город, шикарная панорама которого мне неожиданно открылась. Вода в реке казалась ненормально синей, вдалеке стеклянный фасад железнодорожного вокзала словно подсвеченный изнутри эффектно

пульсировал розоватым цветом, словно угли остывающего костра на ветру, большое круглое окно синагоги, которое я вначале принял за старинные часы, как огромный иллюминатор океанского лайнера сияло голубоватым светом…

Что мне известно о легендарном «Титанике»? Кто эта девица – Винни Каутс? Нужно установить точное ее местонахождение. Она в Англии или в США? А может быть она в Норвегии…В новостях упоминалась норвежская шхуна?

В дверь постучали. Сотрудник отеля принес компьютер и флешку, которые я заказывал. Зашторив окно в комнате, я уселся за стол и принялся за работу.

На официальном сайте Английского Морского Ведомства я выяснил, что 14 апреля 1998 года  в холодных водах Атлантики норвежские моряки выловили не только Винни Каутс. В рапорте капитана траулера «Фоссхаген» Карла Йоргена, приведенного на сайте, сообщалось о человеке, одетого в форму пароходной компании «Уайт Стар», который выдавал себя немного не мало за капитана «Титаника» Е. Джона Смита. Как и принято в таких случаях его доставили в психиатрическую клинику Осло для установления личности и исследования на предмет психических заболеваний. Однако, как следует из интервью, напечатанного в газете «The Independent», с экспертом по морским катастрофам Филином Старнесом, отпечатки пальцев, содержащиеся в архивах 87-летней давности, в точности совпали с отпечатками спасенного.

Также, как утверждается в этом же интервью, была подтверждена личность Винни Каутс, которая действительно числилась в списках пассажиров «Титаника» в далеком 1912 году.

Скрестив руки за головой, я откинулся на спинку кресла.

Существует какая-то закономерность во временных приключениях, произошедших со мной и несчастными людьми с «Титаника» , которую  пока невозможно сформулировать, – я закрыл глаза.

Что-то не давало мне покоя, какая –то неуловимая мысль постоянно витала в голове, как будто не хватало одной, небольшой детали, чтобы передо мной предстала вся картина происходящего.

Я прошелся по комнате в которой стало темно, набрал по мобильному номер моего лондонского приятеля – известного независимого журналиста Бадди Буша.

– Привет, Бадди!

– Привет, Иван. Ты в Лондоне? Можно поужинать вместе…

– Спасибо. Я в Ливерпуле. Как дела, друг?

– Я не думаю, что ты звонишь только для того, чтобы узнать не сидит ли в моем кабинете судебный пристав, описывая мое имущество и прихлебывая кофе из моей любимой кружки. Колись, Ангелов, что тебе нужно?

– Тебе что-нибудь говорит имя Винни Каутс?

– Да, конечно. Месяц назад это была бомба! Я вел свое расследование, да только сейчас информация закрыта. Кое-кто посоветовал мне не копать слишком глубоко.

– Но ты ведь копаешь, Бадди?

– Когда ты будешь в Лондоне?

– Завтра вечером. Встретимся?

– Жду в 10 вечера на Knightsbridge.

– Ресторан Mari Vanna? Твои вкусы не изменились, Бадди.

-До встречи…

-Пока…

Прямо с вокзала на такси я оправился на встречу с Бадди Бушем. Бадди –  полный  мужчина 50 –ти лет, с совершенно лысой головой, с красивыми голубыми глазами, тонким носом и полными губами в элегантном костюме и бабочке ждал меня за столом, декорированном под русскую старину: медный самовар в центре, на колонне рядом вязанка баранок, лапти и расшитое узорами полотенце. Заметив меня, он поднял обе руки, широко улыбнулся и смешно коверкая русские слова, сказал: «Дабро пойжаловайт, товарисч!»

Было заметно, что мой товарищ уже изрядно приложился. Щеки его порозовели, цвет глаз приобрел маслянистый оттенок…

– Привет, – я подал ему руку.

– Располагайся, – рукопожатие было легким, но искренним,- пока тебя не было, Ангел, я уже заказал на двоих…

Вскоре нам подали жаренную картошку прямо на сковородке, ледяную рыбу с розмарином, котлеты с порезанным соленым огурцом. И, конечно, графинчик русской водки.

Интерьер этого ресторана представлял из себя нагромождение старинных русских вещей, по замыслу хозяев, создающих для посетителей домашнюю атмосферу и атмосферу ностальгии по Родине. Над столами висели хрустальные люстры, на стенах в большом количестве были помещены фотографии русских эмигрантов, мебель   была деревянная, резная, ручной работы с большими встроенными зеркалами, заставленная матрешками, старинными игрушками, торшерами, посудой, рядом с нашим столиком даже была искусственная изразцовая печь с  большим чугунком. Везде были развешаны грелки, рукомойники, абажуры, ковшики. В течение всего ужина по залу шлялась огромная рыжая кошка с синим бантом на шее.

– Как я люблю этот бардак! Во мне нет ни унции русской крови, но как мне это нравится! – Бадди разлил водку в граненые стопки.

Мы выпили и закусили. Бадди достал из внутреннего кармана пиджака флеш-карту и передавая мне, сказал: « Это все, что я сумел на сегодняшний день нарыть»

– Скажи, Бадди, а кто она  ?

– Ты имеешь ввиду ту официантку в расшитом фартуке, которая нам несет пельмени?

– Нет, я имею ввиду утопленницу…

– О-о, это интересная история, Иван. А я добрался только до ее середины…, -он вытер салфеткой губы и нахмурился,- согласно архивным документам, которые мне удалось отыскать, Винни Каутс родилась в 1880 году . Место рождения – Северная Ирландия, известно, что она проживала в Ливерпуле, куда переехала вместе с родителями, которые вскоре умерли при загадочных обстоятельствах. На флэшке есть копия протокола осмотра места происшествия датированного 20  марта 1881 года в доме №8 на Mathew Street. Джон и Мэрлин Каутс были найдены мертвыми в прихожей собственного дома.

Неизвестный преступник расстрелял их с близкого расстояния из дробовика. В люльке, подвешенной в спальне, следователи обнаружили десятимесячную девочку и метрику на имя Винни Каутс. На место преступление были вызваны сотрудники детского попечительского совета и, согласно рапорту, подписанного старшим инспектором, девочка по всем правилам была передана им в руки и воспитывалась в детском приюте пастора Мюллера.

Бадди достал сигарету и прикурил от дорогой золоченой зажигалки в виде небольшого револьвера.

– Я был в Ливерпуле, перерыл все, подключая полицию, чиновников, все тщетно. Я не нашел никаких сведений о нашей героине, – за тридцать лет она не попадала ни в сводки происшествий, не оплачивала страховок и нигде не работала. Она поистине стала на три десятилетия невидимкой.

Винни Каутс  приобрела билет 1 класса на «Титаник» до Нью-Йорка и поднялась на его борт в Саутгемптоне 10 апреля 1912 года.

Бадди стряхнул пепел прямо на пол. Он нагнулся ко мне через стол и тихо сказал: «Знаешь что я подумал, Иван? Винни Каутс умерла по крайней мере дважды: в Ливерпуле в 1881 году и в водах Атлантического океана 13 апреля 1912 года в числе 2200 утопленников «Титаника».»

– Но вот что еще более странно, – журналист откинулся на спинку стула и запрокинув голову, выпустил в потолок ресторана серию колец табачного дыма,- оба раза эта ловкая девица вышла живой и невредимой из этой сложной ситуации…

– И что же ты узнал еще?, – спросил я, наполняя очередной порцией водки наши стопки. Мы  выпили не закусывая. « Будь, будь моей…», -оркестр ресторана начал работу и молодой человек с длинными вьющимися волосами, подражая голосу Пола Маккартни, наклонился над микрофоном.

– Знаешь, Иван, как переводится с греческого слово мистика? ,- Бадди затушил окурок сигареты в тарелке из-под рыбы, хотя на столе была пепельница, – тайный, скрытый. Так вот, дорогой мой, тут начинается мистика.

-Что это значит?

– Я тщательно изучил списки пассажиров «Титаника»…На пароходе путешествовали две  женщины с фамилией Каутс.

Я едва не упал со стула.

– Вторая присоединилась к потенциальным мертвецам в Квинстауне.

– Боже мой, Бадди! Не тяни…

Бадди наполнил стопки.

– Выпьем, Ангел. Скрывать что-либо от друзей опасно; но еще опасней ничего от них не скрывать.

Мы выпили. Буш сильно опьянел.

-Вивьен Каутс, 1880 года рождения. Англия. Белфаст. Мать – Винни Каутс, умерла во время родов в госпитале. Вивьен воспитывалась у приемных родителей Мэри и Майкла Мэгайр.

– Бадди, ты пьян. Винни Каутс не могла быть матерью Вивьен, ей в 1880 году было менее года. Она сама была младенцем!

-Я, Иван, может быть и пьян, но с головой у меня все в порядке. Хочешь услышать мою версию, – пожалуйста. Нет – тогда давай приступим к десерту. Я заказал настоящий торт «Медовик» и бутылочку моего любимого сотерна из Бордо…

-Хорошо, Бадди, я весь- внимание.

Принесли десерт, вино и высокие хрустальные бокалы. Буш опять закурил.

– Спасибо, братец, мы обслужим себя сами, – официант откланялся и исчез,-

прежде чем начать изложение своей версии, Иван, я должен предать гласности последний и главный установленный  факт моего расследования в этой замечательной истории воскресающих мертвецов.

Бадди налил в бокалы вина.

-В Осло, куда переправили удивительным образом восставшую из мертвых Винни Каутс, ей занимался известный норвежский психиатр профессор Ари Нильсен. В приватной беседе по телефону он сообщил мне, что психическое здоровье пациентки не вызывает опасений, она вполне здорова и адекватна, если не считать за проблему то, что она очень сильно беременна.

– Беременна?

– Да, Иван, представь себе. И 87 лет назад   молодые девушки время от времени беременели.

– На прошлой недели я был в Белфасте.

-Какого черта ты там делал?

– Я читал, Иван. В фондах библиотеки Линен Холл собраны очень интересные и редкие материалы… В небольшой заметке от 19 июня 1880 года корреспондент малоизвестной лондонской газеты «Морской волк» некий Морган Робертсон сообщает о чудесном спасении тонущей беременной девушки рыбаками небольшой шхуны, которые вели лов сельди в Атлантике. Она называла себя Винни Каутс.

Я посмотрел Бадди в глаза.

– Вот коротко моя версия, – Бадди нервно провел ладонями по лицу и закрыл глаза,-

Винни Каутс, тридцатилетняя женщина на последнем месяце беременности, отправляется 10 апреля 1912 года первым классом на «Титанике» из Англии в Америку. Этим же рейсом, подсев на корабль в Квинстауне, направляется в Нью- Йорк и некая Вивьен Каутс. 13  апреля корабль терпит крушение, столкнувшись с айсбергом. В числе 2280 пассажиров обе пассажирки считаются погибшими, но чудесным образом, пробив время, Винни оказывается в 1880 году на поверхности океана, а потом на рыболовецкой шхуне, следующей в порт Белфаста. Живой и здоровой она пребывает в Белфаст 19 июня 1880 года и даже недолго беседует со случайно оказавшимся в порту журналистом Морганом Робертсоном. На следующий день в госпитале св. Дунстана она рожает Вивьен и умирает  от кровотечения. 20 июня в Ливерпуле у четы Каутс рождается дочь – Винни Каутс.

Так, рожденные в один день 20 июня 1880 года, Вивьен Каутс и Винни Каутс, дочь и мать, живут параллельно, не зная друг о друге, но волею судьбы и сломанного времени через тридцать два  года оказываются на «Титанике», который снова таранит айсберг…

– Это бред, Бадди.

– Это факты, дорогой  мой, – Буш посмотрел на ручные часы, – в этот раз воронка времени выбросила непотопляемую Винни Каутс не в прошлое, а в будущее – в 1998 год.

– А ты не пробовал встретиться с самой девушкой?

-Пробовал. Профессор Нильсен  пообещал мне непродолжительную встречу с ней. На следующий же день он заявил, что встреча невозможна и местонахождение Каутс ему неизвестно. А также посоветовал отказаться от преследования бедной женщины и навсегда забыть номер его телефона. Дальше – больше. Мой офис на Бейкер-стрит разгромили до основания. Унесли компьютеры, разбили мебель. Пропал незарегистрированный Смит-Вессон из ящика стола…

– Удивительно, кто же так яростно опекает Винни Каутс?

– Сейчас ты удивишься еще больше,- Бадди положил в мою тарелку огромный кусок торта,- в 1896 году в Англии вышла книга под названием «Тщетность», в посредственном романе была подробно описана гибель огромного пассажирского парохода «Титан», который следовал из Англии в Америку и столкнулся с айсбергом в Атлантике. Догадайся, как звали автора этого романа?

– Робертсон… – выдохнул я

-Ты очень проницателен, Иван. Морган Робертсон. Тот самый журналист, который брал в 1880 году в порту Белфаста интервью у нашей утопленницы. Он не поверил фантастическому рассказу спасенной девушки об ужасной катастрофе, но использовал его для сюжета своей книги.

– Подожди, подожди… В твоей версии что-то есть. Но одно обстоятельство никак не укладывается в моей голове и полностью ломает все твои предположения.  Откуда взялась Вивьен Каутс?

– Ее родила Винни Каутс в 1880 году в Белфасте. Я передал тебе копии документов, подтверждающих…

– Но в момент катастрофы, перед тем, как она оказалась в прошлом Вивьен не могла быть на борту лайнера

– Почему? Она ведь родилась в 1880 году, а «Титаник» пошел на дно в 1912-ом. Иван, не ищи логики там, где ее не может быть. В моей версии два белых пятна. Первое – кто отец Вивьен Каутс? Второе – зачем обе женщины отправились в Америку?, – Бадди зевнул и достал очередную сигарету

– Кстати, Ангел, а чем вызван твой интерес к этой Винни Каутс?

– Пока я не могу тебе всего рассказать.

%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован.