Фельетоны от Мардони.Как мы меняемся.

 

 

Вы заметили, как мы меняемся?

Еще вчера желтая «газель» со ржавыми порогами, обреченно скрепя выгнутыми в обратную сторону рессорами, останавливаясь у каждого двора, являла собой универсальный передвижной пункт приема металлолома.

Ее очень загорелые и разбитные владельцы, вооруженные доисторическими весами непонятной конструкции, нагло настроенными не в пользу клиента и снабженные высверленными гирями, откровенно и вежливо обвешивали доверчивых и очень довольных граждан нашего села.

А сегодня уже из той же машины, но с нарисованным на поцарапанном боку красным крестом, посредством прикрепленного к кабине громкоговорителя, те же загорелые товарищи, но уже в  белых халатах, выразительно и интеллигентно призывали граждан активнее сдавать свою кровь и органы по высоким ценам.

Выпустив черное облако полу сгоревшего, плохо очищенного на НПЗ и щедро разбавленного на АЗС бензина, сомнительная гордость отечественного автопрома, подозрительно громыхнув внутренностями, остановилась на центральной улице поселения, традиционно носящей имя вождя мирового пролетариата.

– Командир, почем пол-литра?, – местный алкоголик Гога, закатав рукав грязной футболки на единственной руке полез в салон передвижной лаборатории.

– Не толкай, не толкай!, – достаточно большая очередь дурно пахнущих земляков с одинаково опухшими синими лицами окружила автобус.

– Не напирай! Три шага назад! – бывший приемщик металла, а ныне потный заборщик крови в медицинской шапочке и резиновых перчатках выглянул из открытой двери автомобиля.

– Милый, а почем причинное-то? Срам почем берете?, – бабка в красном берете и черных калошах на босу ногу подпрыгивала в конце очереди.

-За ноги сколько дают?,- надрывался ее сосед в инвалидной коляске.

– Мне только спросить!,-  визгливо причитал одноглазый худощавый мужчина, расталкивая двумя оставшимися пальцами левой руки толпу, зажав в правой окровавленный тряпочный узелочек.

Возбужденные и счастливые жители улицы Ленина, покашливая и сморкаясь, постукивая костылями и тросточками весело переговариваясь, ждали своей очереди. Иногда кто-нибудь озабоченно всхлипывал:

– А денег всем хватит?

– У Лидки спирт по чем?

Подъехал черный джип. Хирург Мендель из райцентра. Он гордо достал из багажника тяжелый мешок и презрительно поглядывая на притихшую толпу, поднялся в салон «газели».

– А что у него в мешке?, – шепотом спросил кто-то.

– Уши…,- также шепотом ответила толпа.

Все-таки мы меняемся. Они еще на Кирова  и Буденного не были. А там из ходячих, только слепые!

2 комментария

  1. Это мне напомнило старую детскую песенку:

    Если вас трамвай задавит,
    вы, конечно, вскрикните.
    Раз задавит, два задавит,
    а потом привыкните.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован.